Вернувшиеся на родину из Южной Америки, староверы бедствуют.

Вернувшиеся на родину из Южной Америки, староверы бедствуют.

В наше время повидать «настоящих» староверов доводится не каждый
день. В храмах на Рогожском, Павелецкой или Берсеневке, например, в
любое время можно увидеть людей, молящихся в сарафанах, кафтанах и
косоворотках, но вряд ли среди них найдутся такие, которые без
всякой позы, естественно, ходят в русской традиционной одежде
каждый день. Вернувшаяся недавно в Россию братья Мурачевы со своими
семьями – это дожившие до наших дней «аутентичные» хранители
Старой Веры, словно сошедшие со страниц Лескова и Мельникова
(Печерского).
Сегодня эта община, состоящая из двух семей, бедствует и нуждается
в помощи.

Вернувшиеся на родину из Южной Америки, староверы бедствуют.

В наше время повидать «настоящих» староверов доводится не каждый
день. В храмах на Рогожском, Павелецкой или Берсеневке, например, в
любое время можно увидеть людей, молящихся в сарафанах, кафтанах и
косоворотках, но вряд ли среди них найдутся такие, которые без
всякой позы, естественно, ходят в русской традиционной одежде
каждый день. Вернувшаяся недавно в Россию братья Мурачевы со своими
семьями – это дожившие до наших дней «аутентичные» хранители
Старой Веры, словно сошедшие со страниц Лескова и Мельникова
(Печерского).
Сегодня эта община, состоящая из двух семей, бедствует и нуждается
в помощи.

Огорь – большое село, расположенное примерно в 350 км от
Москвы по трассе Е101 (Москва – Брянск – Киев).
Население несколько сот человек. Бывший здесь ранее колхоз давно
разорился, пашни запущены, скот отдан за долги, техники нет.

Староверы живут на окраине. Первой приехала семья Иосифа Мурачева.
Сейчас в соседнем доме проживает уже вторая семья — родного брата,
Терентия, с женой и семерыми детьми.

Состояние жилищ далеко от удовлетворительного, мужики подлатали что
могли, но, конечно же, по-хорошему надо ставить новые срубы. Но об
этом пока нет и речи из-за недостатка средств.

Иосиф и Терентий с сыновьями ходят в домотканых подпоясанных
рубахах; правда, по необходимости, надевают и современную одежду
– видимо, кем-то пожертвованные джинсы, рабочие спецовки,
куртки. Жены и дочери одеты в сарафаны или длинные платья. На
подрастающее поколение Мурачевых вообще отрадно посмотреть.
Потрясающий контраст с нынешним «тинейджерским» стилем. Молодые
ребята в рубахах с поясками, девушки в сарафанах — скромные,
почтительные к старшим и одновременно хозяйственно-деловитые.

Мурачевы пекут на дому хлеб (мука, правда, пока что не своя), —
пекут для себя, как всю жизнь с детства привыкли, но для наших-то
замутнённых мест такая выпечка стала шедевром; так вот, преподнес
как-то Терентий каравай в подарок некоему чиновнику, тот по случаю
угостил друга-предпринимателя, держащего в округе магазин;
предприниматель попробовал и крайне заинтересовался; встретился с
Терентием и предложил печь хлеб для его магазина. Тот не отказался.
Таким образом, включились в местную микроэкономику и стали получать
небольшой дополнительный доход. Недавно Терентию удалось очень
дешево приобрести десяток кур-несушек, что, конечно, стало
существенным подспорьем для многодетной семьи.

ТЕПЕРЬ О ГРУСНОМ…

Они – опытные земледельцы, «на ты» с любой сельхозтехникой.
Полагали сразу взять несколько десятков гектаров пашни и приняться
за дело с размахом, вдохнуть новую жизнь в вымирающую и спивающуюся
глубинку… Однако здесь им очень быстро пришлось узнать, что
«там тебе не тут».
Приехавшим из-за океана людям, не имеющим стартового капитала,
естественно, для начала деятельности требовалось – на
первоначальном этапе – какая-то помощь, содействие. Вот
тут-то у них коса на камень и нашла.

Начиная с начала 2000-х годов новые российские власти,
обеспокоенные скверной демографической ситуацией в стране, вдруг
вспомнили о столь ценном кадровом резерве. Южноамериканских
староверов стали активно зазывать в Россию. Те могли бы призывы
полностью проигнорировать – им на чужбине живется вполне
вольготно, а главное – за Веру никто не преследует. Однако в
сердцах этих людей, конечно же, тайно всегда жила тоска по
покинутой родине, тяга к корням, к земле, на которой некогда
расцвело древнее благочестие Святой Руси, бережно хранимое ими на
протяжении веков… И поэтому настойчивые приглашения нашли
свою благодатную почву.

Перед неискушенными людьми разворачивается завораживающая картина
далекой родины, где наконец-то стали у руля умные и честные
правители, желающие сделать все для ее возрождения и процветания;
возвращающихся трудолюбивых староверов ждут там золотые горы,
молочные реки и кисельные берега.

В результате многие стали собираться в дальнюю дорогу. Продавали
имущество, готовились к перелету через океан, к началу «новой жизни
на старом месте». Прилетали, спускались с трапов и…
сталкивались с реальностью, весьма далекой от того, что им
наобещали краснобаи из диппредставительств.

История их вкратце такова. Дед Иосифа и Терентия в 30-х годах XX
века вместе с семьей бежал от преследований безбожников за границу:
первоначально в Китай, затем в Латинскую Америку. Этот материк стал
прибежищем для многих русских староверов. Селились, строились,
обзаводились хозяйством. Местные власти ценили трудолюбивых
переселенцев. Главное, за Веру никаких преследований не было.
Однако Мурачев-старший всегда помнил о своей исторической родине;
умирая, он завещал детям и внукам: если позовут обратно в Россию,
не задумывайтесь – все бросайте и езжайте.

У Терентия в Боливии было 600 га земли и несколько тракторов и
комбайнов. Жил небедно. Но завещание деда помнил всегда. Когда от
российских дипчиновников прозвучало приглашение – богатое
хозяйство было отдано за бесценок, фактически брошено.

Приехали и сразу столкнулись с массой проблем.
Упомянутая гос.программа полна благих абстрактных пожеланий и
деклараций. Пожалуй, единственное, что в ней есть реального — это
т.н. подъемные – денежная сумма, которую выплачивают
переселенцу. Сумма варьируется от 40 до 120 тыс.рублей в
зависимости от региона. Любому «россиянину» очевидно, что сумма
– мизер, начинать с нею, например, серьезный
сельскохозяйственный проект, если у тебя на шее многодетная семья
– смешно.
Терентий надеялся, что на родине предков его знания, опыт и
трудолюбие окажутся востребованными. Еще в Боливии дипломаты
красочно описали ему, в каком плачевном состоянии пребывает
сельское хозяйство в России. Терентий представлял, как он будет
«делать прогресс» в русской глубинке… Реальность оказалась
иной.

Для нормальной деятельности братьям требовались трактор, грузовая
машина и комбайн. Получили только трактор. Комбайн через какое-то
время так же удалось временно заполучить, (18 сентября, когда я там
был), однако здесь приходится вспомнить народную мудрость о том,
что дорога ложка именно к обеду, а не к отбою.

Винить администрацию Калужской области не совсем корректно:
программа по переселению в этой области, как оказалось, не
действует, однако при этом Мурачевым не отказывают в помощи,
стараются сделать что возможно.

…В целом сейчас, после нескольких поездок в Огорь, мне
очевидно, что положение Мурачевых следует считать бедственным.
Зимой их могут ожидают суровые испытания, наличных денег у семьи
практически нет. Последние недели Мурачевы занимаются тем, что
оформляют соц.пособия (по безработности, многодетности и проч.).
Они будут получать жалкие гроши, но для них сейчас и это важно.
Однако сам процесс оформления связан с преодолением тяжелого
препятствия: приходится ездить в районный центр г.Жиздру (40 км),
каждая такая поездка наносит сокрушительный удар по скудному
бюджету.

В последний приезд Терентий поделился, что продукты он сейчас
вообще не покупает – семья питается прошлыми запасами риса и
муки, все имеющиеся деньги отложены для оплаты поездок…
Хорошо еще, что в рационе есть яйца из-под кур, а куриное мясо
Мурачевы могут себе позволить разве что по большим
праздникам… На минувшей неделе Терентий возил двоих дочерей
в поликлинику: какие-то недомогания, делали кардиограммы. Причина
– в недоедании.

Горьким упреком всем нам звучат слова Терентия Мурачева: «Я не
понимаю. Государство нас пригласило для прогресса, сеять большие
посевы, а теперь про нас забыло».

Если помочь этой семье на первых порах, а в последствии не
создавать искусственных препятствий, то можно не сомневаться
– Мурачевы встанут на ноги и прекрасно заживут. Это тот тип
людей, который не пропадёт нигде – сохранившийся до наших
дней тип древлерусского пахаря, труженика, покорителя дремучих
лесов и бескрайних просторов. Их можно, что говорится, сбросить с
вертолёта в тайгу – и там они выживут, расчистят место,
срубят дом, распашут целину и пустят корень.

Реквизиты сберкнижки Терентия:
42307.810.2.2212.0027347 — Мурачев Терентий
На данный момент деньги либо посылку можно отправить через любое
почтовое отделение. Для отправки в почтовом отделении необходимо
сообщить следующую информацию:
249357, П/О Огорь, деревня Гололобовка, улица Малая Гололобовка
д. 35. Жиздринский район, Калужская область.
Терентий Мурачев.

Источник: vk.com/club44935889

Без рубрики